ОльхонBatonBeach

Опять я немного припозднился с постом: вернулся в понедельник в два часа ночи, а пишу только в пятницу и вкратце. Полностью это отразила Манюня вчера (нужна регистрация, чтобы просмотреть), а потому мои две копейки уменьшаются примерно на 87%, и около 20% из них будут отзывы о качестве Восточно-Сибирского сервиса.

Итак, мы были на острове Ольхон. Кто не знает, это очень популярный курортный остров на Байкале. Образует не менее популярный залив Малое Море, где я неоднократно бывал на рыбалке.

Ехать туда 5 часов. О, Восточно-Сибирский сервис! Маршрутка из Иркутска до Хужира (главного посёлка на Ольхоне) стоит 550 рублей. Та же маршрутка из Хужира до Иркутска – 700 рублей! Любовь смеётся над замками! Обратный билетик купить прямо в Иркутске, конечно же, нельзя.

Ольхон с большой землёй сообщается посредством парома «Дорожник» Восточно-Сибирского речного пароходства. Уже улавливаете знакомый ореол авантюризма и приключений вокруг понятия «Восточно-Сибирский»? Чего стоит твоя Восточно-Сибирская железная дорога! Так вот речное пароходство по ореолу не уступает железной дороге. Но об нём позже.

Ольхон очень популярен среди европейских туристов. Европейские туристки – дружелюбные монстры – встречаются на каждом шагу. Звучит иностранная речь, цены задраны.

Итак, мы прибываем и становимся на душевной песчаной площадке: мы с Димочкой в оранжевой палатке, а Манюня и Катя – в синей.

Вот это доблестный пёс Дубльгис, найденный нами с Димочкой в лесу. Знает весь Хужир.

Мммм, песчаные берега Ольхона. Топтали мы вас и вкушали с наслаждением, лежали на вас в спальниках и хрустели в макарошках и чае! Ольхон так и переводится с хопи – «остров, состоящий из песка».

На второй день мы отправляемся на прогулку. Вот это побережье, на котором мы стояли. Если разделить изображение на 5 равных горизонтальных полосок, то мы будем на берегу во второй сверху.

Дальше фоты с манюниного фотапарата Sony (в моём сдохли батареи). На нём мы много и художественно фотографировались.

Это – остров Крокодильчик (со слов шумового Славика, о котором позже).

А вот подступы к BatonBeach – потрясающему пляжу, созданному для песчаных инсталляций и батонства.

На BatonBeach всё сущее батонится. Батонится одинокая чайка в небесах. Ей тепло.

Моча прицеп в волнах Малого Моря, батонится грузовичок Луазик, да так крепко, что его не запустишь даже с кривым стартером.

И мы, мы тоже батонимся!

Мы создаём динамические инсталляции на песке.

Это инсталляция «Ночь-улица-фонарь-аптека». Читатель с лёгкостью определит, что есть что.

Это – так же первая, но уже дополненная инсталляция.

Пробатонившись (два? полтора часа?), мы возвращаемся и набираем полведра грибов. Да, Ольхон изобилует грибами: маслятами, рыжиками, груздями, а также немыслимым сонмом условно съедобных иных грибов, которые я собирать не решаюсь, а Манюня режет кучами.

С грибами мы прибываем на базу, где уже находятся Димочка и Катя, а также шумовой Славик. Бывало, я встречал квалифицированных генераторов белого шума, у которых соотношение «сигнал/шум» составляло менее единицы. У Славика оно равно нулю, и в том его положительнейшее свойство. Вот Славик зашумляет.

«Нах?й нам НЛО, – говорил Димочка. - У нас есть Славик!»

Помимо верного Дубльгиса, который сбежал от нас в первый же вечер и был замечен на следующий день с младшим братцем Плагином, среди ручных животных Ольхона имеется шмэл. Он ест истинно мужскую еду: макароны или кашу из хлопьев, – а от сладкого нос воротит.

Пока шмэл ел мою кашу, мы его гладили по мохнатой спине, а он себе поуркивал.

Мммм, вот это я влез на дерево над нашей стоянкой. Постепенно начинается подготовка с сборам для снятия со стоянки. Славик набирает фотоны, чтобы поскорее конвертировать их в белый шум.

И мы удаляемся. Чем ближе к Хужиру, тем больше отдыхающих. Я заряжаюсь белым шумом Славика, аж меня сносит. Димочка уже набрал охапку белого шума и теперь пытается его удержать.

Это – на холме, где стоит Хужир. Как он там называется, этот холм? И холм ли вообще?

Вот Тёмная и Светлая башни. Башня, выпускающая яйцевидный сигнал, транслирует МТС. Ой, простите мне этот вопиющий плеоназм.

Интернет-кафе на Ольхоне. Ул. Лубянка, 1. Не забудьте заглянуть!

Я прикорнул на часок. Чтобы меня не будить, Манюня погрузила меня на коляску и везёт к маршрутке.

Я превосходно выспался на коляске и собираюсь вставать. Молодой ольхончанин в зелёной рубашке и сиреневых сандалях предлагает нам принять участие в популярном патриотическом аттракционе, купленном по франшизе у фирмы Trekking, которая устроила тарзанку на дамбе Верцаска.

Аттракцион захватывающ и патриотичен, но у нас с Димочкой остались всего 150 рублей на двоих, поэтому мы вынуждены отказаться.

Даже глядя на доску объявлений, чувствуешь интернациональный масштаб ольхонского туризма.

Вот большой брат и улучшенный вариант Дубльгиса – весёлый и серьёзный пёс Гугельмап.

Молодой ольхончанин приволок свою подругу; они лазят по забору и по-чорному матюгаются.

Димочка приустал, как и все мы. Маршрутка опаздывает на 4 часа. Это связано с тем, что «Дорожник», единственный паром Восточно-Сибирского речного пароходства, закрыт в связи со своей технической неготовностью. Только сейчас, пиша эти строки, я понимаю, что «пароходство» – это наименование не места, а явления. Да не приключись с вами пароходство, особенно Восточно-Сибирское речное!

А вот очередь на стороне Ольхона. Грубая прикидка: данный паром идёт в 2100, следом за ним – раз в час до 0200 включительно. На один паром вмещается в среднем 9 автомобилей. В очереди не менее 28 автомобилей. Путь от МРС до Иркутска составляет в среднем 4,5 часа. Следовательно, дальняя белая машинка, на текущий момент занимающая последнее место в очереди, попадёт в Иркутск лишь к шести утра. (Маршрутки без очереди.)

На автовокзал в Иркутске мы с Димочкой прибываем в час ночи. Такси, заранее заказанное на полвторого, опаздывает ещё на полчасика, так что в понедельник нас ждёт душевная каля-баля!

Но даже несмотря на неё, мы не забудем ОльхонBatonBeach и когда-нибудь ещё раз возвратимся туда! Вот только куплю спальник на минус и рюкзак на 80 литров, и рванём.